В конце сентября 1943 года 22-летний лейтенант- танкист Семён Мошнин рассматривал в бинокль противоположный берег Сожа. Там, на круче, была его родная деревня Шерстин и родительский дом. Всё знакомое до боли — каждая тропинка у реки, и пролески, и ложбинки. С детства на Соже пропадал на рыбалке, как тут не выучить? Лучше любого разведчика смог бы в оккупированную деревню пройти.
Три года не был Семён в родном Шерстине. Ещё до войны ушёл в армию, поступил в танковое училище. А потом фронт, тяжёлое ранение, госпиталь в Москве, снова фронт. И вот дорогами войны привело к родному дому. Вроде близко Шерстин, однако приказ есть приказ — отставить самодеятельность и разведку. Родина у нас одна — большая. Что, если каждый бросится родную деревню освобождать?
А приказ танковому взводу Мошнина другой — освобождать Ветку. Потом — вперёд на Гомель, и далее на запад до победного конца.
Так что не пришлось Семёну освобождать Шерстин. Дорога войны провела мимо, подарив возможность посмотреть родные места хотя бы в бинокль.
* * *
Внучатая племянница ветерана войны подполковника в отставке Семёна Мошнина Татьяна Александровна раскрывает посвящённый ему альбом.
С. М. Мошнин в центре
— Он ведь у нас один на всех дед был, — грустно улыбается она. Её родной дед Антон Мысливцев не вернулся с войны, пропал без вести. А Семён Мошнин, родной брат бабушки Клавдии Мысливцевой, и для её детей и внуков родным стал. Пусть и жил после демобилизации в Гомеле, но каждые выходные приезжал с семьёй в Шерстин в большой родительский дом. Помогал вдовой сестре и, как в юности, ходил на рыбалку.
О войне и о своих подвигах офицер Семён Мошнин, вернувшийся с боевыми орденами, родным не рассказывал. Так часто бывало среди фронтовиков. Какие-то общие слова о мире и о войне, выступая перед школьниками по просьбе общественности. А о себе на войне — словно закрытая книга. Только о Шерстине 1943 года, увиденном через бинокль, и отчаянном желании попасть на родную землю.
Офицеры-танкисты и С. М. Мошнин в годы войны
Но каждый человек всё-таки оставляет след. О нём рассказывают другие люди. Или документы в архивах.
Татьяна Александровна показывает в альбоме газетные вырезки. В одной из заметок «Гомельской правды» попутчик рассказывает корреспонденту о Герое Советского Союза старшем лейтенанте Анатолии Хуторянском, командире танковой роты, первым форсировавшем Сож в районе Новой Жизни, и показывает место гибели офицера со словами: «Вон оттуда пальнул «фердинанд» и прямым попаданием сразил Т-34».
И поясняет, откуда такая уверенность: «В 90-е я работал в ОСВОДе вместе с участником войны Мошниным. Как-то собирался поехать в Ветковский район посмотреть новую спасательную станцию, а Семён Моисеевич Мошнин и говорит: «Возьми меня с собой. Только просьба, чтобы ты поехал по старой дороге. Мне давнего товарища надо навестить». Купил тогда Мошнин шесть роз. Я не стал его ни о чём расспрашивать. Когда мы подъехали сюда, Моисеевич попросил остановиться и рассказал всё в деталях. Сам он из деревни Шерстин родом, тоже танкист, непосредственный участник боёв за Гомельщину».
— Он любил дарить цветы. И эти розы на могилу боевому товарищу — это тоже очень в его духе, — с грустью вспоминает внучатая племянница.
В другой заметке, опубликованной ещё в советские времена в нашей районной газете «Перамога Кастрычніка» руководителем музея боевой славы в Вильнюсе товарищем Фроловым, описываются подвиги командира танкового батальона капитана Семёна Мошнина при освобождении Литвы в 1944 году в составе 1-го Прибалтийского фронта. Та часть его биографии, которая совершенно была неизвестна его родным. За эти бои Семён Мошнин был награждён двумя орденами — Отечественной войны I степени и Красного Знамени.
Наградные листы, которые стали доступны благодаря интернет-порталу «Память народа», характеризуют молодого офицера как незаурядного командира танковых подразделений: «Товарищ Мошнин, участвуя в боях в Восточной Пруссии, показал себя исключительно смелым, мужественным и бесстрашным офицером. Всегда находится в боевых порядках танков с разведгруппой. В боях за форсирование реки Инстар во главе с разведкой первым подошёл к реке, разведал брод и форсировал реку, тем самым неотступно наседал на противника, врезаясь в его отступающую колонну, где (в которой) уничтожил 50 подвод с грузом, 20 автомашин и 75 гитлеровцев. Преследуя противника, наткнулся на заслон, уничтожив его в составе 3-х танков и 5 бронетранспортёров. Благодаря чему обеспечил продвижение батальона вперёд. В боях за м. Попелькен, Таплавен, командуя разведгруппой от передового отряда, действуя стремительно дерзко, ошеломил противника и обеспечивал продвижение батальона вперёд. После выхода из строя комбата, принял командование батальоном и блестяще провёл бой, пройдя с батальоном с боем за ночь свыше 25 километров, уничтожив при этом 4 танка, 3 самоходки, 70 обозных повозок, 80 солдат и офицеров».
За этот подвиг 23-летний офицер был награждён орденом Ленина.
Семён Моисеевич Мошнин ушёл из жизни в 70-летнем возрасте в 1992 году. Он тяжело переживал развал СССР и не мог с этим примириться. Однако в отличие от военных времён спасти страну и малую родину был не в силах.
* * *
В память об ушедших ветеранах, о не вернувшихся с войны наша редакция приняла решение продолжить акцию «Поколение Победителей». Мы ждём фотокопии снимков ваших родных-фронтовиков и рассказов о них. Информацию для участия в акции можно прислать в соцсети и на электронную почту редакции.
Ирина ТАКОЕВА
