Что произошло в Ветке 3 декабря 1941 года?

Хронику событий по просьбе нашего корреспондента изло­жила заместитель директора по воспитательной работе СШ №1 г. Ветки им. А. А. Громыко, историк Мария Худякова, изучавшая предоставленные прокуратурой Ветковского района рассекреченные материалы по расследованию уголовного дела о геноциде белорусского народа в годы ВОВ:

— Наш район был оккупиро­ван немецкими войсками с 17 августа 1941 года. И особо круп­ным злодеянием, совершённым немцами в Ветке, стал расстрел 360 евреев и цыган в противо­танковом рву на окраине города 3 декабря 1941 года.

Накануне Ветковская комен­датура подготовила списки еврейского населения города. 2 декабря к 8 часам утра была обеспечена явка евреев на ре­гистрацию, независимо от воз­раста и состояния здоровья. Всех зарегистрировавшихся за­держивали, сажали в конюшню под охрану часовых, отбирали ключи от домца для разграбле­ния имущества. Все изъятые ценности увозились немцами в Гомель на грузовых машинах — таковых было 8. Утром следу­ющего дня всех 360 задержан­ных под охраной доставили к элеватору и затем расстреляли в противотанковом рву. После состоявшейся казни раненых зарывали живыми.

Данная карательная операция не имела названия. В ней при­нимали участие сотрудники Го­мельского гестапо, Ветковской полиции, Ветковской немецкой комендатуры. Руководили рас­стрелом шесть немецких офи­церов, должности и звания кото­рых не установлены до сих пор.

Сохранились задокументиро­ванные показания свидетеля — ветковчанки Певзнер Ана­стасии Тимофеевны. Во время массового расстрела в декабре 1941 года были расстреляны её свёкры — отец и мать мужа. По словам Анастасии Певзнер, накануне казни все евреи были собраны в помещении районной полиции. Интересуясь судьбой свёкра и свекрови, на второй день она пришла в полицию и узнала, что за полчаса до её прихода задержанных, повели к элеватору. Анастасия пошла следом и, прибыв на место, увидела, что элеватор и окру­жающая его местность, а также противотанковый ров оцеплены немцами и полицейскими. Ев­реев загнали в элеватор, отку­да мелкими группами по десять человек выводили и гнали в ров, расположенный в десяти-двад­цати метрах в стороне. Затем их останавливали и заставляли улечься на дно рва. После чего немцы расстреливали лежащих.

Закопать тела казнённых окку­панты заставили местных жите­лей. Одним из них был Поляков Андрей Степанович. Его свиде­тельские показания также не могут оставить равнодушными: «Когда начали закапывать рас­стрелянных, то в это время под­нялась раненая женщина и сказа­ла: «Не зарывай­те меня живую , пристре­лите » . Тогда не­мецкий солдат из винтовки по ней дал 10 выстрелов . В момент, когда они за­рывали расстре­лянных , был слы­шен из-под зем­ли плач и стоны женщин, стариков, детей. Потому что многих зарывали живыми…»

Некоторое время в списке жертв фашистского геноци­да числился Илья Борисович Кранов, 1924 года рождения. Его мать, Хайя Лейбовна Кронгауз, была в числе каз­нённых. Сам же Илья Кранов этой участи избежал — ушёл вместе с отступающими ча­стями Красной армии в ав­густе 1941 года. В список «за­регистрированных» наверняка внесла его мать — по ошибке, неправильно поняв вопросы по­лицаев.

После войны, в 1945-м, на­конец, вернувшись в родной город, Илья Борисович узнал о страшной гибели матери. Вино­вником в этом во многом счи­тал себя. Покидая родной дом в 1941-м, он сказал: «Мама, ни­куда не уходите, ждите меня. Я непременно вернусь, и мы сно­ва будем жить вместе». Это, как считал ветеран войны Кранов, и погубило её. Старая, неграмот­ная, она так и осталась ждать сына, а он не смог прийти и за­щитить её.

Немецкая оккупация Ветков­ского района длилась 795 дней. За это время были истреблены 906 мирных советских граждан. 145 человек отправлены в раб­ство в Германию.

Подготовила Ирина ТАКОЕВА