Обыкновенный героизм

Как ни парадоксально это прозвучит, но помимо множества горьких событий, связанных с отселением 59 населённых пунктов района, закрытием  или реорганизацией целого ряда сельскохозяйственных и промышленных предприятий, чернобыльские события помогли приобрести полезный, хотя и нажитый вынужденно, опыт; открыть новые, до аварии на 4-м энергоблоке не проявившиеся, возможности человека.

 В первую очередь это относит­ся к ликвидации пробелов в по­ведении человека в условиях радиационного загрязнения, его способности противостоять невидимому ядерному врагу, проверке на мужество в экс­тремальных условиях. По сути, в те годы произошёл переход от обезличенной ядерной те­ории к предметной практике жизнедеятельности человека в жёстких экологических усло­виях хозяйствования. И вольно или невольно принимал участие в противостоянии сошедшему с ума «мирному» атому каждый житель района. На собственном опыте ветковчане искали мето­ды хозяйствования во всех, ещё вчера привычных, сферах. За­бегая наперёд, могу с уверенно­стью сказать, что такие методы были найдены. Более того, они были приняты мировым сооб­ществом как апробированные, подтвердив или опровергнув теоретические обоснования учёных в атомной энергетике и экологии (если такой термин в те годы на нашей территории был уместен). Вот лишь один пример такой работы, в которой наши земляки принимали непо­средственное участие.

Немного предыстории. Авария на ЧАЭС с последующим выбро­сом в атмосферу и оседанием на местности радиоактивного облака требовала локализации. А как иначе? Любая нестандарт­ная ситуация требует в первую очередь минимизации послед­ствий уже случившегося, будь то вирусные атаки очередной эпидемии или угроза заболева­ния домашних или диких живот­ных. Распространение летучих радионуклидов, осевших на от­крытых пространствах, логично требовало закрепления, лока­лизации беды в карантинной зоне, где она уже произошла. В те годы это решение виделось неоспоримо верным. Способы закрепления радионуклидов не изобиловали разнообразием: посадка леса на бывших паш­нях, сенокосах, выгонах с после­дующей аккумуляцией радио­активных изотопов с помощью многолетних растений — вари­ант, выигрывающий экономиче­ски и гарантирующий результат. А размахнуться было где.

Передача площадей, вышед­ших из сельхозпользования, под гослесфонд проводилась актив­но, тем более что эти участки было кому передавать: с апреля 1993 года в районе был создан специализированный лесхоз. Об интенсивности этой работы могу судить не только по стати­стическим цифрам ежегодного увеличения площади спецлес­хоза: в 1998 году при моём не­посредственном участии вместе со специалистами землеустро­ительной службы района было обследовано более 2 тысяч гек­таров земель с последующей передачей в ведение лесово­дов.

Работники спецлесхоза стол­кнулись с, казалось бы, невы­полнимой задачей: в кратчай­шие сроки произвести посадки леса на огромных площадях. Аналогов такой интенсивной работы не было ни в одном лесхозе страны. Сегодня архив лесхоза позволяет ознакомить­ся с сухими цифрами годовой отчётности. Например, с 2002 по 2009 год доведённый объём лесокультурных работ не опу­скался ниже 900 га (в частности, в 2002-м было создано 1290 га!). За 11 лет работы, до 2012 года, лесники создали лесные насаждения на площади 9896 га! (Следует отметить, что пла­новые задания по посадке лес­ных культур в любом из 86 лес­хозов страны не превышали в то время 100 га.) Сказать, что это было на пределе человеческих возможностей, — значит ничего не сказать. Для ускорения работ по облесению крайне необходи­мы были новые методы работы.

Помимо запредельных за­даний предстояло найти ре­шение, обеспечивающее два важнейших условия: безопас­ность людей при существенном снижении доли ручного труда и совмещение операций меха­низированного способа с ис­пользованием нестандартного посадочного материала. Ос­новным критерием обеспече­ния безопасности человека на посадочных работах является строгое ограничение времени нахождения работника в зоне заражения при условии вы­полнения заданных объёмов в сжатые сроки вегетационного периода. Принимая эти требо­вания за основу исследований, требовалось найти альтернати­ву широко применяемой и се­годня ручной посадке древес­ных пород с использованием меча Колесова. Одновременно требовалось найти решение по проведению новаторских мето­дов посева, чтобы увеличить приживаемость семян до уров­ня нормативных показателей традиционных методов посадки саженцами. Всё это осложня­лось острой нехваткой квали­фицированных кадров как в лесничествах, так и в аппарате управления лесхоза. Малочис­ленный коллектив лесоводов, столкнувшийся с практически безлюдным обширным про­странством зоны отселения, нуждался в любой помощи.

И помощь пришла. Не из соседних лесхозов, не из об­ластного управления лесного хозяйства, а от группы моло­дых учёных из Института леса НАН Беларуси в Гомеле. Эта инициативная научная группа под руководством Владимира Копыткова взялась за реализа­цию смелых, новаторских идей, не имеющих аналогов в мире. Предполагалось, и не без осно­ваний, что эти методы позволят исключить возможные просчёты и выбрать в итоге оптимальный вариант облесения обширных территорий в кратчайшие сро­ки. А поскольку планировалось, помимо автосева, опробовать и высев семян с вертолётов, то Владимир Копытков предло­жил опробовать ещё одну свою идею. Зная по опыту фактиче­скую приживаемость семян (не всегда желаемую), учитывая, что высевы будут производить­ся на «обескровленных» интен­сивным внесением химических удобрений вчерашних сельско­хозяйственных площадях, он предложил дражировать семе­на сосны. Смысл идеи заклю­чался в следующем: «связать» 5–8 семян в капсулу-гранулу, увеличив тем самым гарантию прорастания, а приживаемость обеспечить, используя в каче­стве связующего компонента гранулы минеральное удобре­ние. Других решений вопроса не было, и потому, собрав се­менной фонд у соседей, вклю­чая лесоводов Черниговщины, приступили к исполнению. В 1990–1991 годах смелый экс­перимент проводился на пло­щадях Светиловичского лес­ничества, которые в те годы с большой долей перестраховки были отнесены к зоне с плот­ностью загрязнения 40–140 Ku/ km2.

Подготовка к очередному полёту для проведения аэросева дражирован-
ных семян сосны обыкновенной (слева направо: научный руководитель
проекта, докторант МЛТИ В. В. Копытков и начальник отдела лесного
хозяйства Гомельского производственного лесохозяйственного объеди-
нения Л. В. Рудаковская)

Аэросев дражированных семян
сосны обыкновенной в Гомельском
ГПЛХО с использованием
вертолёта МИ-2

Полдела — выполнить посе­вы. Чтобы в будущем на месте пустующих площадей раскину­лись сосновые боры, требова­лись десятилетия работы по охране, уходу и выращиванию посевов. Не остались в стороне и учёные. За несколько лет на экспериментальных участках группа Копыткова апробирова­ла, обосновала и предложила для применения семь вариантов агротехники создания лесных культур, подтвердив основную ценность проделанной рабо­ты — экономическую. Это по­зволило в будущем отказаться от работы «на авось», экономя государственные деньги. Даль­нейшую заботу о созданных лесных культурах приняла на себя лесная охрана. Взрослые дети тех, кто сегодня сидит за школьными партами в младших классах, смогут с благодарно­стью приходить в столетние леса, созданные их дедами и прадедами. Такая уж неблаго­дарная работа у лесоводов, так уж неторопливо и основательно растёт лес.

Сегодня лихорадочные годы после Чернобыля расценива­ются двояко: целесообразность создания лесных культур ста­вится под сомнение, оценка проведённых работ вызывает споры. Критики считают, что всё нужно было делать иначе: лучше, умнее, быстрее, дешев­ле. Да, конечно, можно! Имея на руках бесценный для всего мира опыт, накапливаемый 40 (!) лет. Для кого-то этот опыт — в приобретении мужества. (Имею в виду персонал АЭС «Три-Майл-Айленд» в Гаррис­берге, штат Пенсильвания, и Армянской АЭС в Мецаморе, задавших стрекача лишь при угрозе аварии на энергоблоках.) На нашем опыте «поумнели» в Европе и Японии, «намотали на ус» в США. И не только в экс­плуатации АЭС, но и в возвра­щении к жизни пострадавших территорий. Поумнело и поколе­ние, пришедшее на смену тем, кто непосредственно на своих плечах нёс неподъёмный груз тех лет. Кто только не приезжал в зону отселения за эти годы, на каких только языках народов мира не задавались вопросы приезжих гостей. А задать нуж­но было всего лишь один: «Как вы смогли это сделать?» Да вот смогли, сделали, научим любого интересующегося. И вправе гор­диться этим.

Иван ГОРЕЛИКОВ